№ 150

Шарль Эксбрайа
Овернские страсти

иронический
      Вы немного утомились от стройных логических рассуждений "классических" сыщиков? Вздрагиваете от каждой тени после захватывающего триллера о серийных убийцах или профессиональных киллерах? Не можете расслабиться, просыпаясь ночами от кошмаров? Для того чтобы избежать перечисленные страхи достаточно простого рецепта - отложите на время "серьезный" детектив и почитайте "Овернские страсти" Шарля Эксбрайа. Эта тоненькая книжка пусть ненадолго, но обязательно вас развлечет.
      Юный клерк нотариальной конторы приобретает в провинциальном городке репутацию Дон-Жуана. Влюбленный в жену своего босса, он начинает вести себя совершенно безрассудно, забрасывая ее письмами и записками. Назначает ночные свидания и совсем забывает о работе. Жена нотариуса до поры до времени не обращает внимания на юного Франсуа, а между тем за сердце клерка без устали бьются дочь нотариуса и 50-летняя хозяйка его квартиры. Каждая убеждена, что Франсуа влюблен только в нее и лишь природная застенчивость мешает ему признаться в этом.
      На фоне любовных страстей происходит серия жестоких преступлений, обрушивщихся на семью нотариуса. Маленькая книжка вместила все, что только можно представить: покушения и убийства; пулю и яд; взрыв и автокатастрофу. Кто сможет остановить преступника? Ушедший с головой в мир кулинарных фантазий комиссар или помешанный на афоризмах инспектор? Этим двум, на первый взгляд, недотепам предстоит не только раскрыть невиданную в провинции цепь преступлений, но и помочь Франсуа, окончательно запутавшемуся в отношениях с женщинами.
      Искрометная фантазия "Овернских страстей" (Флюид, 2004г.) заставляет забыть о том, что же здесь главное. Трудно сразу сказать, что для тебя важнее - узнать имя преступника или имя той, с кем свяжет свою жизнь Франсуа; что за яд избирательного действия оказался во флаконе или с чем все-таки лучше есть телячьи котлеты; чем закончится очередная перепалка между клерками в конторе и сколько еще поговорок в запасе у инспектора Локоссара, отказавшегося от учебы и карьеры потому, что все в этом мире уже было сказано до него.