№ 254

Дэвид Пис
1974: Сезон в аду

нуар (криминальная драма)
      Перечитывая серию «Нуар» Екатеринбургского издательства У-Фактория вы возможно задавались вопросом: «Можно ли написать что-нибудь чернее нуара Томпсона вообще или чернее нуара «полицейского» от Эллроя в частности?». Не пугайтесь, это не «Черный квадрат» Малевича. Это британский автор «Йоркширского квартета» Дэвид Пис, первая книга которого «1974: Сезон в аду» была выпущена издательством в 2006 году.
      Из аннотаций издательства мы можем узнать, что на создание четырех нуаров Дэвида Писа вдохновило известное реальное дело Йоркширского Потрошителя, который в течение 5 лет устрашал жителей графства. Трудно спорить с этим заявлением писателя не зная его лично, но знакомство с «1974» подтолкнуло меня к иной версии создания именно этого романа – версии жгучей, всепоглощающей ненависти к родной английской полиции. Книга Писа просто перечеркивает труды десятков и сотен английских детективщиков, выбравших своими героями не отставных иностранных частных сыщиков или провинциальных старушек, а умных, интеллигентных, спокойных полицейских. Я бы примирился с «жестким реализмом» автора перемешай он свой дьявольский коктейль из хороших и плохих хотя бы один к одному. Но не ищите здесь хороших, за исключением испуганного полицейского Фрейзера их просто нет. Здесь есть злодеи продуманные (руководство), злодеи жадные (купленные бизнесменами-бандитами), а остальные просто мелкая жестокая сволочь.
      Излишняя жесткость полиции – не самая неприятная черта романа. В конце концов, у понравившегося мне Эллроя тоже не густо положительных персонажей. Сравнивая этих двух авторов замечаешь, что Дэвид Пис отличается от Эллроя отсутствием чувства меры. Если Эллроя можно назвать просто любителем крепкого словца, то Дэвид Пис заполнил свой роман «1974» этими крепкими словами процентов на 10-15. На первых страницах мат буквально в каждой фразе, им пользуются почти все персонажи, к месту, ни к месту и просто так. Когда им (и автору) не хватает мата, они заполняют промежутки выражениями «типа того», ответственность за которые лежит в большей степени на переводчике, т.к. «типа того» больше подходит нашему времени, чем к середине 70-х 20 века. Ну а переводческий пассаж «это типа Добрыня Никитич» просто вызывает сильнейшие подозрения, потому что и в Англии прежней, и в Англии сегодняшней Добрыня Никитич не является известной и столь легко узнаваемой фигурой, чтобы с ним сравнивали кого-либо.
      Судя по аннотациям, в четырех романах квартета нам будут представлены разные герои. И после «1974» я обязательно внимательно перелистаю следующие книги серии уже в магазине с целью изучения изменений авторского стиля. Просто не верится, что разные герои волею автора станут изъясняться на жуткой смеси жаргона и мата, предъявленной нам в «Сезоне в аду».
(оригинал - 1974, 1999г.)